Skip to content Skip to footer
Мы пришли с миром!

Публикация в журнале «Мир Фантастики»

А в милях двадцати отсюда, если идти вдоль рва, находится область, где людей поработили пришельцы с Альтаира, разумные вирусы. Ещё дальше к западу находится большая колония Галактической Федерации. Есть ещё области, порабощённые разумными паразитами, разумными растениями и разумными минералами. И, наконец, за горами есть области, порабощённые ещё кем-то, но о них рассказывают разные сказки, которым серьёзный человек верить не станет…

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий, «Понедельник начинается в субботу»

Над головой небо. А что за ним? Пустота. Тьма. За бездной пространства – чужие миры. Пока недосягаемые. И неизвестность… В первую очередь, — неизвестность. А она всегда предполагает угрозу. Хотя бы потенциальную. Кто населяет эти миры? Что они замышляют? Люди, даже принадлежа к одному биологическому виду, воюют между собой. Так что, предполагать можно разное.

Что ждёт нас при встрече с агрессивными братьями по разуму? Тепловые лучи? Марсианские треножники на Красной площади? Размытые пятна «блюдец» зависшие над крышами домов?.. Едва ли.

Логично предположить, что раса, освоившая космические перелёты, должна находиться на высоком уровне развития. Так зачем же ей заниматься тем, что и на нашем уровне уже не практикуется? Сафари с участием разумных существ, это варварство. Даже если разумны только охотники.

Завоевания вышли из моды. Недавно, но уже окончательно. Тем более и на будущих витках прогресса они представляются сомнительным способом решения проблем. Если нужно жизненное пространство, лучше поискать никем не занятые планеты с первозданной экологией. Исходя из статистики, их должно быть в избытке. Земля существует четыре с половиной миллиарда лет, а на экологию мы жалуемся лишь несколько десятилетий.

Ещё проще с сырьём. Какой-нибудь железо-никелевый астероид даст больше металлов, чем доступно с поверхности Земли. Углеводородами же богат Титан и планеты-гиганты.

Не убедительной представляется и версия гастрономического влечения пришельцев к человеку. Пусть даже в форме пристрастия к нашему желудочному соку. Цивилизация, способная строить межзвёздные корабли, пожалуй, справится с решением продовольственной проблемы и синтезирует все необходимые химические соединения.

Нет… Угроза не должна быть настолько тривиальной. Во вселенной достаточно мест и времён, чтобы породить вызовы куда более экзотичные.

Разумные будильники из космоса

У представителя высокоразвитой цивилизации много дел. И ни одно из них нельзя пропустить. По этому, нужен будильник. Естественно, всякий прибор тем более полезен, чем выше его искусственный интеллект. В идеале, и будильник должен быть разумным, однажды решили жители планеты Креша.

Техническая сторона вопроса не представляла проблемы. Роботы давно уже окружали крешан. Они никогда не причиняли вред, выполняли приказы, если это не противоречило первому, и заботились о самосохранении, если это не противоречило первому и второму.

Роботы были тихими и незаметными. Все. Кроме будильников. Но такова уж специфика этого прибора. Ему, просто, необходимо привлекать к себе внимание.

Тем не менее, скоро крешанам стало казаться, что будильники перегибают палку. На приказы заткнуться они не реагировали. Ведь, первый закон роботехники важнее второго. А прекращение трезвона могло повлечь за собой опоздание крешанина на службу и, таким образом, причинить ему вред. По этому, будильник ловко ускользал от тянущихся к нему рук, уклонялся от летящих предметов и прятался под массивной мебелью.

После нескольких минут энергичной погони крешанин чувствовал себя уже полностью проснувшимся и даже проделавшим утреннюю зарядку. И тут же получал чашку горячего гао, а заодно узнавал, куда сегодня должен идти. Предварительно вычистив клюв, завернув краны и бросив курить.

Само собой, в ответ и будильник узнавал, куда ему следует пойти. Причём, и ныне, и присно, и вовеки веков. Но по указанному адресу автомат не отправлялся. Ибо второй закон роботехники не требует выполнять указания, данные сгоряча, да ещё и в иносказательной форме. Будильник всегда оставался на своём посту. Он никогда не спал. Он всегда всё помнил. И это превращалось в проблему планетарного масштаба.

Казалось бы, чего проще? Не нужен будильник – не покупай. Но крешане уже давно не отправлялись за покупками (разве что, хотели чего-то особенного). Наиболее необходимые товары сами находили потребителя. А будильник имел основания полагать, что нужен каждому. Разубедить упрямую машину было нереально. Бронированные двери тоже не очень помогали.

Невозможным оказалось и прекращение производства навязчивой модели. Ибо на Креше уже не существовало заводов. Автоматы сами находили для себя сырьё и питание (главным образом в виде различных отходов) и сами же размножались, попутно совершенствуясь от поколения к поколению. Конструкторы лишь изобретали принципиально новые, ещё небывалые устройства, если возникала такая необходимость, либо прихоть.

Так появились и «стражи снов» — летающие молотки, снабжённые глушителем (шума и от будильников было довольно) и мощным интеллектом, чётко сознающим задачу: будильник must die! Но согласно третьему закону роботехники будильники должны были защищать себя, если это не противоречит двум первым правилам. А поскольку, это вроде бы не противоречило, все последующие поколения неугомонных приборов оборудовались бронёй и вооружением. Теперь по утру крешан поднимали с постелей уже не звон и нотации, а звуки сражения. Впрочем, одно не исключало другого. Скоро появилась модификация будильников способная вести огонь и трезвонить одновременно.

Конечно же, помня о первом законе, враждующие роботы целились только друг в друга. Но бывают же рикошеты. Иногда неудачно падал разрубленный очередью шкаф. Иногда высокотемпературный заряд уничтожал систему пожаротушения прежде, чем она успевала потушить хотя бы саму себя. И, конечно, подбитые молотки не всегда контролировали траекторию своего падения. Так что, следуя тому же первому закону (то есть, стремясь не допустить причинения вреда крешанам), а также третьему (то есть, стремясь защитить себя), и другая бытовая техника обзаводилась оружием, вынужденно примыкая к одной из воюющих сторон.

Скоро побоища стали глобальными, частично переместившись на улицы, а затем и в околопланетное пространство. Почему-то, особенно свирепствовали холодильники. Как считается, именно они первыми нарушили мораторий, применив ядерное оружие во время эпической орбитальной битвы уже непонятно с кем и чего ради.

Крешанам пришлось бежать. Погрузившись на корабли, они покинули охваченную технобезумием планету. Но будильники последовали за ними. Тучами носились они вокруг транспортов, забивая каналы связи советами, когда и какие манёвры пилотам следует осуществить, дабы уйти от погони. А также напоминаниями, что горючее следует экономить, клювы чистить не менее трёх минут, родителей навестить, а курить — бросить. Крешане отстреливались. Но попадать по будильникам было трудно.

Лишь несколько месяцев спустя, после ожесточённого арьергардного боя в глухой тёмной туманности, беглецы, всё-таки, оторвались, затерявшись где-то в безбрежном космосе. И в этот момент в душе каждого будильника образовалась странная, незаполнимая пустота. Чем-то подобная чувству голода. Ведь, законы роботехники заменяли автомату основные инстинкты. Он должен был не допускать, чтобы крешанину был причинён вред, он хотел выполнять его приказы (если это не противоречит первому)… хотел! Но не мог!

Возвращаться на опустевшую Крешу не имело смысла. Зато, теперь будильники повидали свет и знали, что их родина – лишь одна из множества подобных планет. И некоторые из них явно были населены разумными существами. Которых тоже можно будить по утрам. Даже нужно. Поразмыслив, будильники пришли к выводу, что понятие «крешанин» следует толковать расширенно, распространив его на всех, кто мыслит, но не будильник.

Одна из планет – голубоватый шар, третий по счёту от жёлтой звезды, — выглядела особенно привлекательно. И рой повернул к ней. Внезапно вывалившаяся из пустоты армада молотков едва не сорвала план. Но будильники оказались сильнее. У них была цель. Жертвы не имели значения. По трупам друзей и врагов будильники шли выполнять свой долг.

…И вот, однажды, астрономы заметили, что откуда-то из-за пределов Солнечной системы к Земле приближается метеоритный поток. К счастью, не плотный и не представляющий какой-либо опасности, так как частицы его не велики и должны полностью сгореть в атмосфере.

Никто не предчувствовал беды. Учёные прильнули к окулярам, приготовившись к интереснейшим наблюдениям. Желтая пресса разразилась потоком убогих по стилю и содержанию статей о приближении третьего уже с начала года конца света. Солидные же средства массовой информации сообщили населению, что в одну из ближайших ночей ожидается редкий по красоте звездопад…

Звездопад, действительно, был красив. Тёмное небо наполнилось росчерками огня. И долго никто не мог понять, что за странный, нарастающий миллионоголосый звон пробивается сквозь обычные шумы города.

Первый, самый нетерпеливый будильник, так спешил быть полезным, что слишком поздно включил тормозные дюзы и не успел погасить скорость до посадочной. Прошив крышу Спасской башни, он рухнул куда-то в недра курантов. Сориентировавшись в ситуации, пришелец немедленно интегрировался в примитивный, но мощный механизм.

Москва проснулась вовремя.

Бессмертные огурцы из космоса

Суть эволюции, как известно, заключается в том, что животные, образуя со временем новые виды, становятся более приспособленными. Друг к другу, главным образом. И немного к среде. Анализируя сохранившиеся окаменелости, мы можем наблюдать величественную картину развития биосферы от простейших к червям, трилобитам, ланцетнику, рыбе, другой рыбе, и ещё рыбе, наконец, к рыбе с ногами и далее к человеку.

Но здравый смысл, с презрением отринув инфантильные догмы антропоцентризма, подсказывает, что человеком дело не ограничится. Биосфера будет развиваться и дальше. Если, конечно, переживёт наше господство. Ну, вдруг!

Вот, только о перспективах развития живой материи мы имеем смутное представление. Ведь, знание того, что происходило в прошлом, не позволяет уверенно просчитывать перспективы. Конечно, можно, как учит наука футурология, экстраполировать в будущее уже существующие тенденции, но эта наука тем и знаменита, что безошибочно попадает пальцем в небо в десяти случаях из десяти же возможных.

Тем не менее, легко наблюдать, как животный мир закаляется в конкурентной борьбе. Звери, чьи размеры позволяют иметь крупный мозг, становятся хитрее. Те же, кто сами размером с извилину, берут плодовитостью, всеядностью, неприхотливостью, приспособляемостью к самым невозможным условиям… и тоже становятся хитрее в меру сил. Фауна и флора на древней планете будет жизнеспособнее, чем на молодой.

И вот, представим, что на поверхность совсем уже ветхой, разменявшей восьмой миллиард лет, планеты, вращающейся возле старой звезды (которой тоже не долго оставалось переводить водород на гелий), рухнула она из лун. Удар был таков, что миллиарды тонн обломков планетной коры достигли третьей космической скорости и покинули гравитационную яму родного светила, рассеявшись по галактике.

На осколках остались животные. Конечно, они должны были погибнуть при взрыве, либо потом, за сотни миллионов лет путешествия в ледяном космосе. Но не погибли. Кроме тех, кому не повезло свалиться на звёзды и в чёрные дыры. Остальные, просто, не могли умереть. Ведь, смертные существа, которых вообще можно было хоть как-то уничтожить, давно уже не выдерживали в их родном мире конкуренции.

По счастью, на фрагменте, достигшем Земли, оказались только растения.

…Некоторые считали, что это следствие аномальной жары. Другие грешили на происки Пентагона. Третьи же — на коррупцию. Верна была, скорее всего, последняя версия. Ибо, как сообщали ленты новостей, в самом Вашингтоне сейчас творилось то же самое. Как и в Бразилии, где жары, как известно, не было никакой, а наоборот помёрзли все попугаи. Коррупция же, надо полагать, имелась везде.

Как и огурцы.

Конечно, это были не совсем огурцы. И даже совсем не огурцы. Но их именовали так на почве внешнего сходства, а также ввиду незапоминаемости научного греко-латинского названия.

Нормальные огурцы не свисают гроздьями с Останкинской телевышки. Не кустятся на золочёных куполах храма Христа Спасителя. Не взламывают асфальт и не вырастают прямо на стенах домов, разъедая кирпич и бетон. Их не приходится выпалывать с одежды и даже из волос. А если и приходится, то удаётся. То есть, через три часа они не вырастают на том же месте в прежнем виде.

Нормальные огурцы не плюются семенами на обывателей, на пробегающих собак и на пролетающих голубей. А если и плюются, то не всегда попадают. По крайней мере, не с сорока метров точно в глаз.

Наконец, нормальные огурцы можно солить. Эти, впрочем, тоже было можно. Но они продолжали расти и в рассоле. А также в концентрированной кислоте. И даже в бочках с гербицидами, как в вазонах.

Их даже нельзя сжечь. То есть, можно… Но тогда, вместо дыма в воздух взлетят семена. И будет только хуже.

Москва под властью огурцов!

Киборги-дантисты из космоса

Риксанцы всегда были воинственными. Ещё в шкурах и с каменными топорами они устраивали набеги на соседей, убивая мужчин и забирая в плен женщин. Свою деятельность в ту пору они именовали внутривидовой конкуренцией. И оправдывали с моральной точки зрения тем, что соседи – такие же точно разбойники. Что, кстати, было чистой правдой.

Потом, уже с мечами, а затем и с ружьями, и, конечно же, с куда более изощрённой мотивацией, риксанцы продолжали нападать на соседей. В результате Риксанская империя расползлась на полкарты. Но скоро экономическая наука сделала шаг вперёд, и стало известно, что «владения» правильнее именовать «дотационными регионами». Из соображений минимизации государственных расходов колонии получили независимость. А сами риксанцы немедленно закрыли границы, дабы воспрепятствовать въезду бывших подданных. Видя же, что это не помогает, пустили по колючей проволоке ток, заложили мины и построили тридцатиметровой высоты стену. Но стоит ли говорить, что выполнили все эти работы именно нелегальные иммигранты, причём, нанятые иммигрантами легализовавшимися.

С отвращением ассимилировав варваров, риксанцы обнаружили, что мир изменился. Воевать стало не с кем. Одни народы целиком переселились в Риксу. Другие неплохо жили у себя на родине, вымогая гуманитарную помощь и угрожая в случае неуплаты последовать примеру первых. Третьи самым вызывающим образом процветали, но их тоже тронуть было нельзя. Ведь, они были главными покупателями риксанских товаров. Любой намёк на конфронтацию грозил вызвать панику на бирже, а значит, кризис, коллапс, дефолт, Армагеддон и светопреставление в масштабах одной отдельно взятой звёздной системы.

Но риксанцы не сдались. Поняв, что эпоха завоеваний прошла, они попытались навязать миру свою политическую гегемонию, хотя лишь немногие из них понимали, что это значит, и никто – зачем это нужно. В любом случае, мероприятие успехом не увенчалось, так как дипломаты, прибывающие теперь без эскорта канонерок и пытающиеся требовать, ставить условия и выдвигать ультиматумы, были посылаемы на все четыре стороны света с такой регулярностью, что даже в официальной переписке стали именоваться «послами» либо «посланниками».

Не сложилось и с гегемонией экономической. Ведь, бизнес уже полностью контролировали транснациональные корпорации. Для удобства торговли границы были упразднены, и теперь правительства говорили не о суверенитете, а лишь о юрисдикции над некой территорией. Но и это ничего не значило, так как законы везде были приняты одни и те же.

А на планете, между тем, происходили новые и новые перемены. Учитывая, что каждая из корпораций имела множество акционеров и, в свою очередь, владела частью акций нескольких других корпораций, отношения собственности запутались окончательно. Никто уже не мог понять, кому и что принадлежит. Всё вокруг стало непонятно чьё, а значит ничьё, а значит и общее. Диалектические противоположности устремились к единству. Внезапно наступили коммунизм, Мир Полудня и эпоха межпланетных полётов.

…Думаете, всё? Кончилась Рикса? Как бы не так! Много пара ушло в свисток, но риксанский дух ещё кипел. Из всех форм экспансии возможной осталась только одна – культурная. И риксанцы обратились к ней, с энтузиазмом взявшись за пропаганду собственных языка, предрассудков, обычаев, заблуждений, мод и гастрономических пристрастий. В общем, всего, что составляет «национальную идентичность». Но заблуждений в особенности. Ведь, самому проще поверить в то, в чём ты сумел убедить других.

Неожиданно, у них получилось. Они ассимилировали другие народы.

И тут уж стало совсем скверно. Понятия превосходства и успеха потеряли актуальность. Исчезли сравнительные степени, так что риксанцы даже не могли понять, хорошо ли живут, и Мир Полудня стал им не в радость. Зато, проблемы нависли мрачной давящей громадой. «Да, у нас много проблем, — думали раньше риксанцы. – Да, все они заведомо неразрешимы (ещё бы: то, с чем можно справиться, вообще не воспринимается, как проблема). Но у других-то проблем побольше нашего. И ничего, живут! Так что, и мы продержимся». Теперь же не стало этого утешения. Не было больше чужих бед, только свои. Приходилось думать о них. А любая проблема, как болезнь. Чем больше о ней думаешь, тем больнее. Так что, мучались риксанцы несказанно.

Тут-то и пригодились им космические корабли, пару столетий простоявшие без дела.

— Если у вас есть проблемы, мы идём к вам!

— Если нет, то будут, когда мы придём к вам!

— Мы идём!..

И они пошли.

…Да. И, кстати, среди них были как киборги, так и дантисты.

****

Они среди нас! Они проникли на телевидение. Они повсюду. Они! Прогрессоры. Агенты влияния. Они определяют моды и вкусы, выдумывают новые слова и задают тон. Определяют поведенческие стандарты. И они из другого мира. Так что, не приходится удивляться, что одежда их словно на негуманоидов шита, и идеи совершенствования общественного устройства не могут работать в нашей реальности.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии