Skip to content Skip to footer

За звание самой большой летающей птицы традиционно борются живший 5-10 миллионов лет назад аргентавис и вымерший 2-3 миллиона лет назад пелагорнис. В обоих случаях размах крыла гигантов мог превышать 7 метров, а вес — 70 килограммов. Что примерно впятеро выше физического предела, положенного гравитацией Земли существам, желающим осуществлять машущий полёт. Поскольку с ростом массы в кубе сила увеличивается только в квадрате, животное тяжелее 14-16 килограммов не может обладать необходимой для взлёта удельной мощностью.

Стоит отметить, что аргентавис и пелагорнисы (последние представляли собой не вид, а существовавший 25-30 миллионов лет богатый и славный род колоссальных птиц) не были одиноки в своём небрежении законами физики. В конце палеогена и неогене встречались и другие пернатые с размахом крыльев пусть и меньшим — 5-6 метров, — но всё-таки уже «запредельным». Последние из летающих гигантов вымерли совсем недавно. Однако, до того как вымереть, они же как-то существовали. И в этом можно усмотреть проблему: что не так в прошлом было с птицами или с планетой, если то что летать не могло, всё-таки летало?

Подходить к вопросу придётся издалека, начав даже не с птиц, а с господствовавших в небе до них птерозавров, некоторые виды которых имели размах крыльев до 14 метров, а массу до четверти тонны. И они тоже летали, причём и с ними, и с планетой всё было так. Так как сейчас. Попытки увидеть объяснение существованию колоссальных птерозавров в различиях между условиями древней и современной Земли бессмысленны уже потому, что известно — ни плотность атмосферы, ни сила тяжести в меловой период не отличались от современных. Известно это как из геологических отложений, так и из строения самих летающих существ. Ведь помимо гигантских птерозавров в меловой период существовали и средние, и мелкие, а также птицы. Изменение условий отразилось бы на строении их тела, но отношение площади крыла к массе у древних летунов-средневесов оказывалось не меньше, а больше принятых в наши дни нормативов.

Почему в прошлом гигантские птицы, всё-таки, летали
Аргентавис

То есть, гигантские птерозавры не могли взлетать, иначе нежели прыгнув с утёса. Но мирились с этим неудобством, равно как и со множеством прочих. Конструкция не позволяла им садиться на воду или выхватывать добычу из волн с бреющего полёта. В результате, большую часть времени птерозавры проводили в море или на земле, добираясь вплавь и пешком до стартовой площадки. Гигантизм же летающих ящеров был связан с тем, что и птерозавры ещё не гигантские, с размахом крыльев 2.5-3 метра, по формальным признакам вполне способные взлетать с места, сталкивались точно с такими же затруднениями. Даже летающим ящерам умеренного размера устройство крыла позволяло подниматься в воздух только с возвышенности. Гигантизм же увеличивал шансы благополучно прорваться сквозь толпы морских и сухопутных хищников обратно к трамплину.

Птицы решили проблемы как посадки на воду, так и взлёта с воды, что позволило им охотиться в море, проделывая по воздуху путь в оба конца. И обеспечило решительное (хотя уже и заочное, — по переписке, скорее) преимущество над рядовыми птерозаврами. С птерозаврами же гигантскими всё выглядело куда сложнее даже по переписке. Живые планеры занимали другую экологическую нишу. Ни чайка, ни даже альбатрос не могли претендовать на добычу интересующую кецалькоатля. Соответственно, такая добыча — крупная рыба, мелкие акулы, молодь небольших китообразных, — радовалась и вела себя вызывающе, не чувствуя угрозы с небес. С этим нужно было что-то делать, и появились морские птицы — пелагорнисы.

Почему в прошлом гигантские птицы, всё-таки, летали
Пелагорнис

Пелагорнис, — по сути, птичий косплей гигантского птерозавра. Решённый, однако, на более высоком технологическом уровне. Нет, взлетать без трамплина, а тем более с воды пелагорнис тоже не мог. Как и садиться на воду. Взлетев, он парил, используя для набора высоты восходящие потоки и лишь в крайнем случае подрабатывая крыльями. Зато, применение нормальной аэродинамической схемы, вместо принятой птерозаврами «утки», позволило ему свободнее двигать головой и выхватывать из воды добычу с бреющего полёта. Надёжность захвата повышали ложные зубы, которыми был вооружён клюв.

Причиной вымирания пелагорнисов, видимо, стало похолодание климата в начале плиоцена — около 3 миллионов лет назад. Для того чтобы схема работала, требовалось большое количество крупной рыбы. Сокращение площади мелководных и относительно тёплых морей подорвало кормовую базу летающих гигантов.

Аргентавис в известном смысле являлся аналогом пелагорниса, но для условий суши. Причём, не любой, а южноамериканской. Питалась эта величественная птица не падалью, как грифы, а живой среднего размера добычей, которую заглатывала целиком. Способность аргентависа провести атаку с бреющего полёта вызывает большие вопросы. Суша слишком богата опасными препятствиями. Но посадка с последующим блужданиями в поисках возвышенности и в ожидании ветра ему ничем не грозила. Хищники сильнее него в Южной Америке появились поздно, да и едва ли огромная и хорошо вооружённая птица показалась бы привлекательной добычей даже пуме. Кризис жанра для аргентависов был связан с распространением проникших через Панамский перешеек плацентарных хищников среднего звена, претендовавших на ту же добычу.

Другие статьи на данную тему

Сайт ::::::::::::::::::::: Канал

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Adblock
detector
Top.Mail.Ru