Skip to content Skip to footer

Вопрос, когда же Россия, наконец, перестанет экспортировать преимущественно ресурсы, обычно, преподносится, как риторический. Неявно предполагающий, что ответ на него известен, хотя и не поддаётся внятной формулировке. Как только, так сразу. Например, пару-тройку десятилетий назад, считалось, что перестанет, как только выйдет на уровень развития 1913 года, когда Россия вывозила не нефть, а зерно, представляя собой не сырьевой придаток цивилизованного мира, а развитую аграрную державу.

Ныне довод с зерном уже не актуален, но проблема, получившая название «ресурсного проклятия» сохраняется, и ответ на каверзный вопрос по-прежнему известен. Как только для этого сложатся объективные, — и более того, вполне очевидные, — предпосылки.

Так когда же?

Начать придётся с ресурсов. Их много. По некоторым подсчётам — четверть от общемировых запасов. И тут неважно, кто считал, ибо известно как: в основе подобных оценок всегда лежат произвольные допущения и точный математический расчёт, произведённый в соответствии с методом обеспечивающим наиболее близкий к пожеланиям автора результат. Однако, в дальнейшем будем исходить из этой цифры, как максимальной, а значит с точки зрения слезания с иглы предельно пессимистической.

Второй важный аспект проклятия заключается в том, что ресурсов много и они не кончатся. Есть такой старый — полтора века ему — анекдот: «Запасы нефти будут исчерпаны через 25 лет, считая от текущей даты, чему бы она не равнялась». Исполненные уныния и отчаяния прогнозы о скором истощении нефтяных месторождений, действительно, регулярно обновлялись с середины XIX столетия. И только в конце прошлого века кто-то заметил, что прогнозистами просто не учитывается постоянное развитие технологий разведки и добычи. В настоящий момент ресурсодобывающая отрасль является одной из самых наукоёмких, инновационных и технологичных. Так что, всерьёз говорить о возможности исчерпания запасов уже не приходится.

…Итак. Если страна располагает 25% мирового запаса минеральных ресурсов, то при каких — объективных — обстоятельствах, она перестанет их экспортировать? Очевидно, лишь в случае, если их перестанет хватать для удовлетворения внутреннего спроса. То есть, когда на территории России сосредоточится не менее четверти мировой промышленности энергоёмких и ресурсоёмких отраслей и ресурсы придётся покупать.

«Ресурсное проклятие»: Россия и «нефтяная игла»

Возможно ли такое на практике? Теоретически, да. И более того, нужного результата нетрудно достичь в исторически сжатые сроки. Достаточно формирования объективных предпосылок для переноса соответствующих производств из Китая: рабочей силы ещё более дешёвой, а главное, экологического законодательства ещё более толерантного, чем в Индии или АфрикеРесурсо- и энергоёмкие производства на подбор очень «грязные». В любое место на Земле, где можно будет сэкономить на очистных сооружениях, заводы-гиганты слетятся, как мухи. Особенно, если это место приближено к источнику дешёвой энергии и ресурсов.

То есть, можно не продавать ресурсы, а использовать их внутри страны, но идея эта не так хороша, как кажется. В действительности же она и не может быть реализована, пока экспорт ресурсов продолжается, поддерживая благосостояние страны на уровне, не требующем мер до такой степени радикальных. Даже люди, искренне сокрушающиеся по поводу «стоящих заводов», — то есть, не замечающие, что заводы не стоят ни разу, — не горят, как правило (годное правило: исключений я не встречал), желанием лично работать у станка и даже жить под сенью величественных труб завода. И это первый из механизмов «ресурсного проклятия».

Есть и другие. Просто продавать ресурсы выгоднее, чем покупать, использовать для производства, а потом продавать продукцию, чтобы купить новые ресурсы для её изготовления. Средний уровень прибыли в добывающих отраслях в десятки раз выше, чем в производящих. И даже после того, как государство заберёт себе львиную долю, разница остаётся очень большой. В узком смысле под «ресурсным проклятием» и подразумевается ситуация, при которой вкладывать деньги выгоднее в добычу, а не в производство, привлекающее инвесторов, соответственно, лишь по остаточному принципу. И сделать тут что-то трудно, так как преимущества добывающей отрасли имеют характер вполне объективный. Трудно, но можно. Государство способно переломить тенденцию акцизами или, допустим, драконовскими экологическими налогами, сделав добычу ресурсов невыгодной.

То есть, снять проклятие можно, но как и в случае с поощрением внутреннего потребления, способ крутоват и не имеет шансов на одобрение народа, независимо от политических и экономических взглядов оного. Ибо, во-первых, меры ударят не только по добывающей отрасли, но и по производствам, зависимым от дешёвых энергии и ресурсов. Которые станут слишком дорогими, для того чтобы эти производства сохранили рентабельность.

Во-вторых же, выше упоминалось «львиная доля» доходов изымаемых государством у сверхприбыльных добывающих предприятий. Эти самые деньги, необходимые для поддержания обороноспособности, осуществления инфраструктурных проектов и выполнения социальных функций государству придётся взять из неких других источников. Очевидно, путём повышения налогов с населения и оставшихся — «не ресурсозависимых» — предприятий. Последние, хотя и получат преимущества с точки зрения большей доступности инвестиций, как следствие, также потерпят урон, вполне вероятно фатальный.

…Разрешима ли последняя проблема? Разрешима, и способ её решения не только известен, но и апробирован. Однако, альтернативные источники денег — тема другой статьи. Важно, что и это решение также имеет свою цену.

Другие статьи на данную тему

Сайт ::::::::::::::::::::: Канал

Подписаться
Уведомить о
guest

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Top.Mail.Ru