Skip to content Skip to footer

Вопрос, каких размеров могут достигать животные, интересен отчасти из-за тяги человеческого воображения ко всему великому. Отчасти же потому, что он не правильный. Размер животных определяется соображениями целесообразности. И формулировать его следует так: насколько большим существу с такой-то экологической ролью, с таким-то устройством, в таких-то условиях быть выгодно. Настолько большим оно и будет. А если окажется, что на пути к выгоде стоят физические ограничения… оно как-нибудь выкрутится и обойдёт их.

Тем не менее, люди часто ставят во главу угла именно возможность. Как следствие, меловые зауроподы и многоножки каменноугольного периода начинают вызывать недоумение. Почему в прошлом животные могли достигать гигантских размеров, а теперь — нет. Что не так стало с планетой, что эти возможности закрылись для них?

Но с планетой всё так. Ничего такого, что хоть как-то могло бы повлиять на максимальный размер животных за последние 300 миллионов лет на Земле не происходило. Верхний же предел массы сухопутного монстра находится в районе 100 тонн. Среди палеонтологов продолжаются споры, приближались ли к этому потолку самые крупные динозавры, или же больше 50 тонн не вырастали. Но спор этот касается методик расчёта массы тела ископаемых животных, а не того факта, что 100 тонный ящер ходить бы, всё-таки, смог. Бегать — нет. Но зачем ему бегать? И, опять-таки, если удивляться тому, что современные животные массы 100 тонн не достигают, следует сперва задаться вопросом, зачем бы им это понадобилось?

Причины, по которым именно в юрский и меловой периоды, но не раньше и не позже, травоядным было выгодно вырастать до гигантских размеров, известны. Однако, вопрос же заключался в том, насколько велики (если приспичит) могут быть сухопутные животные? Точно ли, что 100 тонн — предел?

Если конструкция подразумевает четыре ноги, то — да. Если больше — ограничения снимаются. Точно также, у многоножек актуальные для их типа и класса физические ограничения на размер (весьма, кстати, жёсткие и очевидные) применимы только к каждой из секций по отдельности. Сегменты же 3-метровой артроплевры ничего экстраординарного по меркам современных членистоногих из себя не представляли.

Почему у позвоночных ног именно четыре — вопрос интересный, но отдельный. Повышение количества точке опоры в случае необходимости преодоления ограничений по массе — вариант. Но спорный. Ибо в таком случае лучший эффект даст отказ от ног, а не их умножение. Змеи обходятся без ног, передвигаясь ползком и переступая рёбрами. Распределение веса на огромную площадь и усиление брюха роговыми пластинами позволяет «сконструировать» и 1000-тонное сухопутное существо.

Другой вопрос, какой смысл в существовании похожего на поезд ползучего 1000 тонного монстра? Видимо, никакого. Раз уж эволюция данный вариант не реализовала. Создающий массу проблем, в первую очередь это касается добычи необходимого количества пищи, гигантизм — всегда мера вынужденная. Животные растут не потому что можно, а потому что нужно.

Новые публикации также можно увидеть на Дзен-канале

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Top.Mail.Ru